ВЕРСИЯ ДЛЯ СЛАБОВИДЯЩИХ
 

Времена не выбирают, в них живут и умирают…


vXxK5nnxORE.jpg

Премьера мюзикла «Времена не выбирают»

Знакомые московские высотки – символ советской нерушимой эпохи – почему-то оказались совсем близко друг к другу, словно их и не разделяют многочисленные улицы, переулки, скверы, парки. Одна, две, три…восемь…девять… А ведь, на самом деле, их только семь. Присматриваешься и понимаешь, это вовсе не высотки, это - небоскребы другой страны, свободной Америки. Только вот непонятно, что венчает их: специальная система прожекторного освещения или рубиновые звезды.

В новом мюзикле «Времена не выбирают» создатели попытались соединить, как лед и пламень, две культуры, две традиции: российскую и американскую. Здесь все на две страны: герои, судьбы, музыка. Как и полагается в истинном произведении постмодернизма, в либретто (авторы Михаил Швыдкой, Алексей Кортнев) переплетены разные временные и пространственные стихии, они скорее не перемешаны, а слиты воедино. Современный Нью-Йорк, послевоенный Берлин, Москва 30-ых и 50-х годов.

Qad3UbxlX-Y.jpg

Радиостанция «30-ые FM» начинает свой последний прямой эфир, который изменит судьбу ее владельца и ведущего Мэтта Фрея (Ефим Шифрин), его помощницы Мелиссы (Елена Спасибо), начинающей певицы Бекки (Нино Нинидзе) и безнадежно влюбленного в нее русского парня Миши (Алексей Франдетти). В жизни этих людей врывается прошлое, слетая со страниц дневника матери Мэтта - несравненной актрисы и певицы Дженнифер Фрей (Теона Дольникова).

Особенностью этого музыкального спектакля является соединение в нем всемирно известной музыки первой половины XX века от Ирвинга Берлина, Уолтера Дональдсона, Джорджа Гершвина до Исаака Дунаевского и Тихона Хренникова и специально написанной для мюзикла композитором Юрием Потеенко. Другая отличительная черта - то, что внутри каждой песни, будь то «Coming in on a wind and a prayer»/ «Мы летим, ковыляя во мгле» или «Russian lullaby»/«Русская колыбельная» уживаются строки на английском и русском языках. И уже становится неважно, кто их исполняет американская певица, ведущий радиостанции, хозяйка массажного салона, солдаты союзных войск.

Молодежная.jpg

Есть в нас, русских, какое-то маниакальное стремление увидеть себя не в России, а где-нибудь еще. Авторы обращаются к культуре Бродвея. Дело тут вовсе не в жанре мюзикла, пришедшем к нам из-за океана. Дело в попытке переиграть себя и поиграть в тот самый Бродвей. Американская певица Дженнифер Фрэй в исполнении Теоны Дольниковой, конечно же, не Элла Фицджеральд, но звучание ее голоса заслуживает уважения. Мэтт Фрей – Ефим Шифрин в своих нескончаемых монологах слишком медлителен и бездеятелен для жителя Америки (впрочем, здесь очевидно сказывается русская кровь). Гармонизацией его образа выступает Мелисса – Елена Спасибо, суетная и предприимчивая, как и полагается настоящей американке (именно она все-таки добьется своего). В Нью-Йорк на сцене верится с трудом, а вот что касается воспроизведения исторического колорита Советского Союза, то тут все совсем наоборот. Создается впечатление, что смотришь старый добрый фильм отечественного производства. И нет в этом ни игры, ни фальши, ни притворства. Несмотря на то, что по-настоящему в этой постановке всего трое русских: вышеупомянутый Миша, Матвей (Дмитрий Волков) и тенор Василий (Андрей Бирин). Их роли нельзя назвать главными, они скорее второго плана, но, как часто бывает, именно такие роли создают атмосферу, а образ тенора Василия и вовсе становится воплощением эпохи. Впервые появляясь на сцене, он олицетворяет собой широту русской души, русское гостеприимство. Словно сойдя со старой выцветшей фотографии, подозрительно напоминает Сергея Лемешева. То ли бывший барин, то ли советский интеллигент: в нем и сдержанное благородство, страх за собственную жизнь.

Дмитрий-Ермак-Василий-4.jpg

Оправданно и безупречно участие ансамбля. Артисты могут все! И танцевать знаменитую Рио Риту на правительственном приеме, и строить спортивные пирамиды, и даже в конце превратиться в «стиляг», напоминающих героев фильма Петра Тодоровского.

Стиляги-2.jpg

После просмотра мюзикла возникает вопрос: так о каких же временах идет речь, что оказывается первичным и вторичным - прошлое или настоящее? Главными должны быть судьбы живых людей, пытающихся сегодня решить свои проблемы, а не призраков прошлого, преследующих их. Словно вступая в спор с авторами, постановщики выводят на первый план историю давно минувших дней. Невозможная любовь Джениффер и Матвея – та часть истории, которой действительно сопереживаешь, на фоне которой поведение Мэтта просто необъяснимо, а проблемы Бэкки и Михаила выглядят глупо. Сложно поспорить с тем, что история этих героев оказывается аллюзией истории Матвея и Дженнифер – русского и американки, встретившихся случайно. Вот только те не могли быть вместе в силу «времен» (которые, естественно, не выбирают), а вторые в силу собственного легкомыслия. Тем не менее, финал обнадеживает. Молодым людям удается справиться с личными проблемами.

gUfYreGR0Ak.jpg

Словно следуя строкам стихотворения Александра Кушнера, Мэтт Фрэй приходит к мысли о том, что бессмысленно жить старыми временами, не такими уж идеальными, потому что «большей пошлости на свете нет, чем клянчить и пенять, будто можно те на эти, как на рынке, поменять».

Сапронова_Наташа

В материале использованы фотографии с официального сайта Театра Мюзикла и группы ВКонтакте

#театр #мюзикл

Избранные новости
Последние новости
Архив новостей
Облако тегов
Мы в соцсетях
  • 60425704_1276726547_vkontakte.png
  • logo_facebook_f-convertido-1024x1024.png